Стать грамотным

Что считать классикой?

Январь 4, 2015 / Литература / Комментарии: 0
Что считать классикой?

Музей восковых фигур. Пушкин.

Вопрос, вынесенный в заголовок, отнюдь не праздный. Когда мне время от времени доводится работать в школе и преподавать любимую литературу, то даже старшеклассники могут искренне удивиться тому, например, факту, что указываю у современного писателя Валентина Распутина только год рождения. «А он, что, еще жив?» — спрашивают они. Логика такова, что раз жив – почему в школе изучают? Понятие «живой классик» у них в голове не укладывается.

И правда – кого из ныне живущих можно считать живыми классиками? Попробую ответить навскидку: в скульптуре – Зураба Церетели и Эрнста Неизвестного, в живописи – Илью Глазунова, в литературе —  уже упомянутого Валентина Распутина, в музыке – Пола Маккартни. По отношению к ним еще применяют схожий термин – «живая легенда». И хотя, строго говоря, легендой называется повествование о «делах давно минувших дней», в контексте дня сегодняшнего легенда значительно «помолодела». Делать нечего – миришься и с этим обстоятельством…

Существует точка зрения, согласно которой классикой следует считать только то, что было создано до начала ХХ века. Логика в этом утверждении есть. Художественная культура прошлого, пользуясь пушкинской формулой, «пробуждала» в людях «добрые чувства», сеяла «разумное, доброе, вечное» (Н.А. Некрасов). Но уже во второй половине XIX столетия картина начала меняться. Первым видом искусства, который затронула «порча», была живопись.

Появились французские импрессионисты. Они еще не порвали с реализмом окончательно, хотя и настоящими модернистами их назвать сложно. Но впервые определяющим моментом искусства стало субъективное видение художника, его настроение и состояние, впечатление  от окружающего мира.

Дальше – больше. Вместо привычных пейзажей, натюрмортов, батальных полотен, анималистической живописи, портретов публика видит цветовые пятна, кривые линии, геометрические фигуры. Модернизм уходит от предметного мира. А наследующий ему абстракционизм и вовсе знаменует то, что испанский мыслитель Х. Ортега-и-Гасет назвал «дегуманизацией искусства».

Что же касается нашего «серебряного века», то и там было немало «изломанных и лживых жестов» (С. Есенин). Позерство, «жизнестроительство», эпатаж, эксперименты со словом и звуком. А подлинных художественных открытий, как потом выяснится, совсем немного. Да и те не были открытиями в полном смысле слова – и Блок, и Есенин, и Ахматова, каждый по-своему впитали и усвоили классику «золотого века», творчески ее переосмыслив и воплотив заново.

А уж словосочетание «советская классика», равно как и «советская интеллигенция» в каком-то смысле нонсенс. Да, талантливо написан роман А. Фадеева «Разгром», только сам автор определил его основную идею как «перековку человеческого материала». Каково звучит, вдумайтесь – «человеческий материал»?!

Я не за то, чтобы от чего-то отказываться и бросать «с парохода современности» — хватит уже, проходили… Но если проводить разделительную черту между «той» классикой и новейшей – конечно, выберу ту. И другим посоветую. Сколько было написано советскими литераторами на злобу дня! А что теперь? Эти опусы интересны, разве что, историкам литературы, в качестве документа времени. «Кавалер Золотой звезды» С. Бабаевского, «Русский лес» Л. Леонова, «Бруски» Ф. Панферова. Список легко продолжить и он займет не одну страницу. Только зачем?

«Чистое искусство» Фета прошло сквозь десятилетия и века. Насквозь тенденциозный роман Н. Чернышевского «Что делать?» прочно забыт. Только те произведения, где есть любовь и сострадание к человеку, где теплится живое слово, где читается мысль, — и есть непреходящая классика.

Павел Николаевич Малофеев ©


Советуем прочитать: 

Классика русской литературы

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Коллекция готовых сочинений

Добавить комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: